logo.png

Уважаемые коллеги!

Этот год для всех нас является юбилейным. 15 марта 1919 года был подписан Декрет о Высшем Геодезическом Управлении.
В этой рубрике Вы сможете увидеть серию публикаций, посвященных «золотому периоду» геодезии и картографии и современному развитию отрасли.

Приглашаем Вас посетить выставку депозитарных изданий конца XIX - середины XX веков, которая проходит в читальном зале отраслевого научно-технического фонда ФГБУ «Центр геодезии, картографии и ИПД» по адресу Москва, ул. Онежская, д.26, стр.1. Для прохода в здание ФГБУ «Центр геодезии, картографии и ИПД» необходимо заранее заказать пропуск по тел. +7 (495) 456-95-00.


Деятельность Военно-топографической службы России в XIX веке. Топография как самостоятельное научно-практическое направление

Проведенные Александром I реформы коснулись всех областей военной системы России, «но из них быстрее всех двинулась вперед Квартирмейстерская часть, совершенствуемая по образцу наполеоновского Генерального штаба… Она сослужила великую службу армии и России…, получила прекрасную организацию…» (1). Офицеры именно этого подразделения ежегодно отправлялись «в поля» для ознакомления с производством съемки. Но их содержание в течении 100 дней, даже без квартирных, обходилось казне в 17 990 рублей. Гораздо дешевле было привлекать к съемкам кантонистов – сыновей солдат, воспитывавшихся в специальных военно-сиротских заведениях. Через три года, после обучения мензульным съемкам и сдачи экзаменов, им присваивалось унтер-офицерское звание кондукторов. Их содержание стоило государству всего 4 418 рублей.

По приказу начальника Главного штаба и директора Военно-топографического депо князя Петра Михайловича Волконского генерал-майор Федор Федорович Шуберт разработал Положение об учреждении при Военно-топографическом депо (ВТД) Корпуса топографов из кондукторов унтер-офицерского звания.

Шуберт стал первым начальником Корпуса. Чуть позже, в 1826 г., он возглавил и ВТД, а затем в 1827 г. - главное картографическое подразделение военно-морского флота Гидрографическое депо. В истории отечественного картографо-геодезического дела это единственный случай, когда всеми съемочными работами в России на суше и на море руководил один человек. Под его руководством выполнялись большие объемы астрономо-геодезических работ в Петербургской губернии и по побережью Балтийского моря с целью исправления морских карт.

15-2.jpg

28 января 1822 г. император утвердил Положение о Корпусе топографов, и в него зачислили 9 офицеров и 144 кантониста. В русской армии официально было введено звание топограф. Согласно Положению «Корпус топографов предназначался для выполнения военных и государственных съемок; комплектовался офицерами, имеющими «линию производства» и «положение» такие же, как и офицеры Квартирмейстерской части, а также лучшими кантонистами, по прохождению службы и даже по форме одежды имеющими много общего с колонновожатыми в Квартирмейстерской части…» (2).

Таким образом, в структуру Главного штаба, помимо Квартирмейстерской части и Военно-топографического депо, вошли еще два подразделения: Корпус топографов и Училище топографов, учрежденное при Корпусе и открытое 22 октября 1822 г. Обучение там было долгим и тщательным. Первый класс (2 года) учащиеся оканчивали в звании унтер-офицеров и на 8 лет отправлялись на топографические съемки по всей стране. По истечении этого срока, успешно сдав экзамены, военные топографы могли продолжить образование во втором классе и по окончании оного получить офицерский чин. В 1866 г. воинское звание заменили первым классным чином табели о рангах. Эти специалисты стали называться «классными».

Учреждение Корпуса топографов «принесло государству огромную пользу, дав возможность, в относительно короткое время, собрать о нашем Отечестве самые точные географические и топографические сведения…» (3).

Крупномасштабное топографическое картографирование в России получило особенно широкий размах при новом императоре Николае I, взошедшим на престол в 1825 г.

Директор Корпуса топографов генерал-майор Шуберт в 1826 г. сочинил и издал для своих офицеров «…руководство для исчисления тригонометрической съемки и работ Военно-топографического депо… Книга сия доставила ту пользу, что привела в одну систему и единообразие все геодезические работы, производящиеся в Генеральном штабе…» (4). К Руководству прилагалось 32 таблицы, 14 чертежей, правила и образцы ведения полевых журналов, а также полный список определенных в России опорных астрономических пунктов общим числом 1 361. Долгое время это учебное справочное пособие было основным при проведении триангуляционных работ и их вычислениях.

Шуберт стал и инициатором «по высочайшему Его Императорского Величества повелению» издания «Записок Военно-топографического депо». Первая часть Записок вышла в 1837 г. «Я почел за нужное начать историей Военно-топографического депо и геодезических измерений в России» (5), - писал Ф.Ф. Шуберт.

Но главным трудом генерал-майора Шуберта стала Специальная карта Западной части Российской Империи, составленная и гравированная в 1826-1840 гг. - 59 листов отечественных топокарт размером 50х76 см в проекции Бонна. Среди 46 позиций легенды появилась и необходимая после войны 1812 г. позиция – «разоренная деревня». На карте отсутствуют сведения о рельефе. При составлении карты использовались практически все картографические материалы, имеющиеся в ВТД и поступившие по ходу выполнения новых съемок. По своим качествам Специальная карта значительно превосходила Столистовую карту генерала Оппермана, к тому времени уже значительно устаревшую. 10-верстная карта Шуберта стала одним из самых значительных и капитальных трудов русской картографии XIX в. и широко применялась в России практически всеми ведомствами до конца 1860-х гг.

Между тем, в конце1826 г. Военно-топографическое депо вошло в состав Свиты е.и.в. по Квартирмейстерской части. В следующем году «последовало высочайшее повеление о переименовании Свиты е.и.в. по Квартирмейстерской части в Генеральный штаб. При этом управление Генеральным штабом вместе с Военно-топографическим депо и Корпусом топографов было вверено генерал-квартирмейстеру…» (6).

В преддверии Русско-турецкой войны 1828-1829 гг. основные усилия были направлены на повышение геометрической точности карт и создание геодезической опорной сети страны. Требовалось, «чтобы все пространство края было снято с достаточной для новых действий точностью и чтобы на карте были нанесены те предметы, которые были сняты, а отнюдь ничто сомнительное или по рассказам узнанное…» (7). Помимо составления общей карты рекогносцировочной съемки, «все важные военные предметы, как-то: поля сражений, окружности крепостей, гавани, переходы рек и проч.» предписывалось снимать инструментально в масштабе 200 саженей в дюйме. В процессе работ одновременно составлялись подробные военные топографические и статистические описания местности. В малоизученных районах большое значение придавалось как общегеографическим, так и социально-экономическим характеристикам.

Для обеспечения успеха работ генерал-майором Шубертом была разработана «Инструкция для топографической съемки», предназначенная для использования в приграничных губерниях. Наряду с «Правилами для надписания карт и планов» (1821 г.) и «Условными знаками…» (1822 г.) она стала основным нормативным документом для проведения съемочных и картосоставительских работ на долгие годы.

Специально для выполнения съемок на театре войны «были изобретены малые планшеты и тележки с одомерами… Сии инструменты сверх отражательной буссоли Шмалькальдера, были употреблены с величайшею пользою и удобностью». С 1829 г. на территории России, сначала в Прибалтике, а затем на Кавказе, начались первые определения силы тяжести с помощью маятникового прибора. Было установлено, что точность определения размеров и фигуры Земли в значительной степени зависит от полноты изучения земной поверхности в гравиметрическом отношении. За счет совокупного использования методов практической астрономии, высшей геодезии и гравиметрии эта задача будет решаться геодезистами практически непрерывно на протяжении XIX-XX вв., при этом каждый этап будет завершаться выводом основных параметров общеземного эллипсоида (8).

По окончании войны часть офицеров Генерального штаба и Корпуса топографов осталась работать на Дунае. Результатом их деятельности стали съемки в масштабе 2 версты на дюйм в Валахии, Молдавии и в Бабадагской области. Были сверх того произведены съемочные и чертежные работы для окончания карты Болгарии и восточной части Румелии. Съемками была охвачена территория около 200 000 кв. верст, на основе которых составили свыше 100 листов карт.

В 1831 г. Государственный Совет получил записку императора Николая I «О некоторых правилах для воспитания русских молодых людей и о запрещении воспитывать их за границей». Связано это было в первую очередь с борьбой на государственном уровне с революционными и либеральными идеями. Начали со школ и университетов. Системе образования был возвращен сословный характер: как суммировал результаты николаевской реформы образования русский политический деятель, историк и публицист, в 1917 году Министр иностранных дел Временного правительства П.Н. Милюков «никто не должен получать образование выше своего звания». Взамен отнятых у молодежи иностранных учебных заведений Николай I учредил Военную и Морскую академии, Горный и Лесной институты, а в 1835 г. преобразовал Константиновское межевое училище в Межевой институт.

15-3.jpg

6 ноября 1832 г. в присутствии императора Николая I, чем подчеркивалась важность события для страны, была открыта Академия Генерального штаба для подготовки офицеров с высшим образованием для службы в штабах и руководства военно-топографическими съемками. Видный военный теоретик и историк, генерал-адъютант барон Генрих Вениаминович Жомини предложил для эффективной работы Генерального штаба разделить его офицеров на две части: «одни должны заниматься топографическими съемками, выбором лагерей, размещением в них войск и производством обозрений местности, тогда как другие посвятят себя занятиям в канцеляриях, будут производить рекогносцировки неприятеля, составлять диспозиции, военные журналы и вообще будут ведать тактическую и стратегическую часть службы. Первых следует называть квартирмейстерскими офицерами, а вторых – офицерами Генерального штаба; те и другие должны состоять в чине капитана… сверх того необходимо образовать особый разряд офицеров, причисленных к Генеральному штабу в чинах от прапорщика до капитана, которые составили бы резерв для пополнения этого рода службы в военное время…» (9).

Поступающие в Академию сдавали вступительные экзамены по общеобразовательным и военным дисциплинам и должны были иметь ясное представление о ситуационных планах и топографических картах. Курс обучения продолжался два года и включал в себя, наряду с высшей военной подготовкой, специальные предметы – основы топографии и геодезии, черчение планов и глазомерную съемку, военную географию и статистику, проекции карт, сферическую тригонометрию и многое другое. Такая программа просуществовала до Первой мировой войны, пока Академия в 1914 г. не перешла на ускоренные выпуски.

Профессорско-преподавательский состав комплектовался лицами, желающими поделиться своими знаниями со слушателями Академии, выходцами из Генерального штаба и военно-учебных заведений. Одним из первых на этот призыв откликнулся офицер штаба Отдельного Корпуса внутренней стражи штабс-капитан Алексей Павлович Болотов. Назначенный на должность адъюнкт-профессора, он впоследствии более 20 лет занимался плодотворной научной и педагогической деятельностью. Талантливый человек, проживший всего 50 лет он оставил после себя ряд уникальных учебников и научно-практических трудов по геодезии, топографии и картографии.

Издание в 1836-1837 гг. двухтомника фундаментального труда Болотова «Курс высшей геодезии» стало выдающимся событием в ученых и просвещенных кругах России. В журнале «Библиотека для чтения» отмечалось, что «это не перевод или компиляция иностранного сочинения о геодезии, это геодезия национальная, русская…» (10). Книга написана в доходчивой форме, основана на многолетнем опыте отечественных геодезистов, хорошо иллюстрирована чертежами и примерами.

В первом томе Болотов дал новое определение геодезии, обстоятельно рассмотрел вопросы, касающиеся шарообразности Земли, времени, определения полуденной линии, способа определения географических широт, долгот и азимутов направлений. Особое внимание уделил порядку и методике построения тригонометрической сети. Основой для выводов автора послужили измерения, выполненные к тому времени русскими геодезистами.

Вторая часть труда А.П. Болотова посвящена проекциям карт, нивелированию и топографии. Автор подробно изучил действовавшие в тот период инструкции и наставления по съемкам, проанализировал практичность используемых на тот момент геодезических инструментов. Кроме привычных цепи и одомера, применявшихся для измерения расстояния, он предложил использовать дальномерные определения с помощью сетки кипрегеля, нивелира, теодолита и рейки. «Это было большим прогрессом в практике дальномерных измерений с помощью упомянутых сеток нитей и реек, широко используемых в нашей стране вплоть до второй половины XX в., когда им на смену поступили свето- и радиодальномеры» (11).

Болотов впервые дал четкое определение географических и топографических карт, разделив их на «два главные рода».

Для многих поколений геодезистов и топографов эта книга была настольной.

В начале 40-х гг. XIX в. остро встал вопрос обеспечения войск среднемасштабными топографическими картами. Проанализировав картографические произведения, издававшиеся в Военно-топографическом депо, герой Бородинской битвы генерал-майор Павел Алексеевич Тучков составил докладную записку генерал-квартирмейстеру Главного штаба е.и.в. и начальнику Корпуса топографов генерал-адъютанту Ф.Ф. Бергу о том, что войска не обеспечиваются необходимыми картами для руководства тактическими действиями. Он предложил срочно приступить к составлению, гравированию и изданию военно-топографической карты в масштабе 3 версты на дюйм, начав ее с пограничных губерний. Карту предполагалось издавать ежегодно, «по листам совершенно оконченным».

По представлению Ф.Ф. Берга в 1845 г. высочайшим повелением императора Николая I было предписано приступить к созданию Военно-топографической карты Западной России в масштабе 3 версты в дюйме с изображением рельефа штрихами с указанием всех его возможных подробностей. Для обеспечения единообразия и упрощения сведения листов в одну карту исполнителям направляли листы с уже нанесенными на них координатами углов планшетов, меридианов и параллелей и с обозначением места, какое должен занять каждый планшет в общем изображении. В этом же году в России было предписано обязательное измерение вертикальных углов с помощью кипрегеля. Это давало возможность радикально увеличивать количество точек на карте с определенными высотами и представлять необходимые для артиллерии метрические характеристики рельефа.

15-4-1.png15-4-2.png

Создание трехверстной карты стало главной задачей Военно-топографического депо, оно интенсивно продолжалось почти 20 лет. К 1863 г. было закончено 435 листов, позднее их количество достигло 517. Создание этой карты вывело русскую военную картографию на видное место в картографии европейской. «Это был капитальный вклад в мировую картографию, выполненный с большим мастерством, особенно по качеству гравюры» (12).

Для повышения геометрической точности карт, создания геодезической опорной сети и точного определения долгот основных пунктов страны при Академии Генерального штаба в 1854 г. учреждается Геодезическое отделение с четырехлетним сроком обучения офицеров для пополнения кадров полевиков-геодезистов и картографов-редакторов. Принимались в отделение, в основном, выпускники инженерных и артиллерийских училищ, имеющие за плечами не менее двух лет службы в офицерском звании. Два года из четырех слушатели занимались в главной астрономической обсерватории, открытой в 1839 г. в Пулково. Окончившие академический курс офицеры прикомандировывались еще на два года к обсерватории для прохождения дополнительного обучения высшей геодезии и практической астрономии. По окончании каждый должен был представить сочинение, заключающее в себе обработку ряда собственных наблюдений с обязательным выводом. Справившиеся с заданием выпускники получали звание геодезистов и отправлялись на службу в Корпус топографов. Прослужившие не менее двух лет и выдержавшие дополнительный академический экзамен могли быть переведены в Генеральный штаб.

Многие выпускники Геодезического отделения стали крупными руководителями и организаторами многочисленных астрономо-геодезических и топографических работ на обширной территории Российской империи. Среди них были генералы Д.Д. Обломиевский, Э.И. Форш, Э.А. Каверский.

15-5.jpg

Генерал от инфантерии Иероним Иванович Стебницкий (1832-1897 гг.), тоже выпускник Геодезического отделения, много лет и с особым тщанием изучал Кавказ, руководил военно-топографическим отделом Кавказского военного округа, где регулярно издавались листы топокарт Кавказа разных масштабов, были опубликованы карты Малой Азии, Персии. Под его руководством в 1875 г. была создана одна из первых отечественных гипсометрических карт – «Орографическая карта Кавказского края» масштабом 1:1 680 000 с 9-ю ступенями послойной окраски.

В 1869 г. Петербургская академия наук за монографию «Об отклонении отвесных линий притяжением Кавказских гор» избрала Стебницкого своим членом-корреспондентом.

Установление первого меридиана и универсального времени не обошлось без Стебницкого, принявшего участие в памятной Вашингтонской международной конференции в 1884 г. В следующем 1885 г. он занял место руководителя Военно-топографического отдела (ранее - ВТД) и много способствовал поднятию научно-технического уровня картографо-геодезических работ военного ведомства. При нем вышли первые тома отечественного каталога гравиметрических наблюдений (48 пунктов) и высот (1092 пункта).

Точность топографических съемок, безусловно, стала выше. Этому способствовали в 1854 г. первые опыты применения фотографии для копирования планов и карт. Через год в Военно-топографическом депо было образовано Фотографическое отделение.

К середине XIX в. Корпус топографов представлял собой мощную организацию, способную решать задачи по квалифицированной топографической съемке огромных территорий Российской империи на астрономо-геодезической основе. Триангуляционными сетями было покрыто все Западное пограничное пространство. Часть центральных губерний и Закавказье. В 1855 г. завершены работы по градусному измерению дуги меридиана между Ледовитым морем (Северным ледовитым океаном) и рекой Дунаем, представляющие решение основной научной задачи геодезии на новом уровне - определение формы и размеров Земли.

В гражданской геодезии в это время тоже происходили значительные перемены. Для производства межевания и оценки казенных земель и угодий при Министерстве государственного имущества в 1838 г. был учрежден Корпус гражданских топографов из 100 исполнителей.

Для решения остро вставшего в 40-50-х гг. вопроса о подготовке руководящих и исполнительных кадров высшей геодезической квалификации в Межевом и Лесном институтах были созданы одногодичные офицерские классы гражданских топографов. Максимальное число учебных часов было отведено математике. Формировались классы из выпускников этих институтов, имевших 14-й классный чин. Институты давали образование офицерам для лесной службы и инженер-топографам - как для службы в Корпусе межевщиков, так и для занятия должностей гражданских инженеров в Министерстве государственных имуществ. Эти же специалисты были привлечены Правительством для топографической съемки страны в помощь топографам военным.

Нужно отметить, что Николай I всегда поощрял, материально поддерживал и не забывал своею милостью честных тружеников науки. В его царствование было проведено множество работ в области астрономии, геодезии и математической географии. Императором было задано направление на созидание во имя укрепления могущества Российской империи, в том числе в области военной картографии.


Литература:

  1. Столетие военного министерства. Главный штаб. Исторический очерк возникновения и развития в России Генерального штаба в 1825-1902 гг. – СПб, 1910, Вып. 2. Т. IV, с. 10

  2. Положение о Корпусе топографов. – РГВИА. ф. 35. оп. 4/245. д. 73. л. 44-48

  3. КВТ – с. 97

  4. Записки ВТД. – СПб, 1837. с. 39-40

  5. Шуберт Ф.Ф. История Военно-топографического депо и геодезических работ Генерального штаба. – Записки ВТД, 1837. Ч. 1.

  6. Столетие военного министерства. Главный штаб. Исторический очерк возникновения и развития в России Генерального штаба в 1825-1902 гг. – СПб, 1910, Вып. 2. Т. IV, с. 153

  7. Шостьин Н.А. Михаил Павлович Вронченко: военный геодезист и географ. – М.: Изд. геодезич. лит., 1956

  8. Новокшанова-Соколовская З.К. Картографические и геодезические работы в России в XIX - начале XX в. – М.: Наука, 1967

  9. Столетие военного министерства. Главный штаб. Исторический очерк возникновения и развития в России Генерального штаба в 1825-1902 гг. – СПб, 1910, Вып. 2. Т. IV, с. 10

  10. «Библиотека для чтения» журнал. – СПб, 1986. Т.18. с. 50

  11. Глушков В.В. электронные средства линейных измерений. – СПб: СПВВТКУ, 1994. Ч. 2. с. 5

  12. Салищев К.А. Основы картоведения: история картографии и картографические источники. – М.: Изд. геодезич. лит., 1962

  13. Глушков В.В. История военной картографии в России XVIII – начало XX в. – М.: ИДЭЛ, 2007

  14. Кашин Л.А. Топографическое изучение России (исторический очерк). – М.: Картгеоцентр – Геодезиздат, 2001.

  15. Кусов В.С. Памятники отечественной картографии. Учебное пособие. – М.: Изд-во Моск. ун-та, 2003.

  16. Википедия — свободная энциклопедия.


Галерея

Поделиться ссылкой: